Конфликты возникают при отношении родителей к подростку как к маленькому ребенку и при непоследовательности требований, когда от него ожидается то детское послушание, то взрослая самостоятельность. Часто источником конфликта становится внешний вид подростка. Родителей не устраивает ни мода, ни цены на вещи, так нужные их ребенку. А подросток, считая себя уникальной личностью, в то же время стремится ничем не отличаться от сверстников. Камнем преткновения во многих семьях может стать вопрос, до которого часа подросток может гулять вечером. Или родители считают, что девочке рано встречаться с мальчиком. С появлением второго ребенка привилегии старшего брата или сестры обычно ограничиваются. Старший ребенок теперь вынужден, причем часто безуспешно, вновь завоевывать родительское внимание, которое в большей степени обычно обращено на младших детей.
Специфические условия для воспитания складываются в так называемой неполной семье, где отсутствует один из родителей. Мальчики гораздо острее, чем девочки, воспринимают отсутствие в семье отца; без отцов они часто бывают задиристыми и беспокойными. Распад семьи отрицательно влияет на отношение между родителями и детьми, особенно между матерями и сыновьями. В связи с тем, что родители сами испытывают нарушение душевного равновесия, им обычно недостает сил, чтобы помочь детям справится с возникшими проблемами как раз в тот момент жизни, когда те особенно нуждаются в их любви и поддержке. После развода родителей мальчики нередко становятся неуправляемыми, теряют самоконтроль, проявляя одновременно завышенную тревожность. Эти характерные черты поведения особенно заметны в течение первых месяцев жизни после развода, а к двум годам после него сглаживаются. Такая же закономерность, но с менее выраженными отрицательными симптомами наблюдается в поведении девочек после развода родителей.
Тинэйджеры мечтают быть популярными среди своих сверстников, и, зачастую, готовы на все ради признания. В наши дни подростки окружены информацией о сексе. Популярные телешоу, интернет, слова популярных песен – все это делает сексуальность неотъемлемой частью жизни уже в юном возрасте. Ничего толком не зная о сексе и об отношениях между полами, многие подростки начинают вести половую жизнь. Среди причин, побуждающих их делать это, эксперты отмечают следующие.
Во-первых, это давление со стороны сверстников. В юности кажется, что у всех, кроме тебя, есть половая жизнь, и так не хочется отставать от других. Во-вторых, на раннее начало половой жизни влияет негативное отношение к себе: сексуальная активность в таком случае должна повысить популярность среди сверстников. В-третьих, интимная жизнь заставляет подростков чувствовать себя старше. Кроме этого, девочки подростки зачастую не видят иного способа удержать парня, кроме как заняться с ним сексом.
Согласно американской статистике, 20% тинэйджеров занимались сексом до 15 лет. В возрасте 15—19 лет почти 46% подростков занимались любовью минимум один раз. Таким образом, к 19 годам примерно 7 из 10 подростков знают о сексе не понаслышке. Уберечь подростков от раннего секса могут только сами родители и если они не хотят, чтобы их дети занимались небезопасным сексом, то должны чаще проводить время вместе с ними.
Новое исследование Ребекки Ливайн Колей их Бостонского колледжа показало, что подростки, которые принимают участие в семейных делах и часто проводят время с родителями, реже занимаются сексом вообще, значительно реже занимаются опасным сексом и имеют меньше сексуальных партнеров. При анализе результатов опроса 4950 американских подростков от 12 до 16 лет, 1058 из которых были родными братьями и сестрами, выяснилось, что чем чаще подростки ужинали вместе с родителями или просто развлекались вместе со своей семьей, тем реже они занимались сексом, связанным с риском. Если родители относились к ним негативно, часто критиковали подростков, контролировали и прямо указывали, что им делать, то это увеличивало шансы рискованного секса и создавало помехи во взрослении детей, способностях принимать решения и нести за них ответственность.
В процессе половой социализации под влиянием группы и контролем родителей осуществляется формирование такой структуры характера, когда он может сам себя регулировать и без внутреннего сопротивления воспринимает нормы, правила, ценности сексуальной культуры общества в котором он живет. Принадлежность к определенной цивилизации, социальным отношениям, этническим, национальным, религиозным нормам, семье непосредственно обусловливают сексуальную культуру человека. Освоение основ сексуальной культуры в процессе опосредованной половой социализации происходит в ходе их адаптации к типичному и стандартному сексуальному поведению.
Пубертатный возраст характеризуется таким важным процессом как формирования психосексуальных ориентаций – выбором объекта полового влечения с его индивидуальными особенностями: половой принадлежностью, типом внешности, телосложением, личностными чертами поведения и другими особенностями. Фрейд подчеркивал, что объекты сексуального желания не врожденные, а должны быть «найдены»; он также предполагал, что ощущение Собственного Я и своей сексуальной ориентации, хотя и устанавливается в раннем детстве, в полную силу «открывается вновь» вскоре после наступления пубертата.
С началом менструации у девочек повышается чувствительность экстрагенитальных зон, что вызывает некоторую податливость, отзывчивость не только на эротические, но и на сексуальные раздражители. Мальчики с появлением поллюций вступают в период гиперсексуальности, похотливого ослепления гормональным взрывом в организме. Ворвавшееся в жизнь подростка либидо вначале носит характер смутного томления, неопределенности чувства и неясности побудительных мотивов. В отличие от традиционных психоаналитических представлений о детской сексуальности современная сексология полагает, что «сексуальные» интересы допубертатного ребенка обслуживают его познавательные потребности или компенсируют негативные последствия психической депривации. Интерес ребенка к полу и деторождению так же закономерен как интерес к другим проявлениям жизни, иными словами, половое влечение как таковое отсутствует. Эта стадия или точнее состояние непробудившегося, «спящего» либидо получила название понятийной (Г. С. Васильченко, 1975). Динамика понятийного либидо нестационарна, оно оживляется при возникновении новых когнитивных задач и уходит в тень по мере их решения. Так, интерес к одноклассницам в первом классе возникает у мальчиков, не посещавших дошкольные детские учреждения, и является по сути гендерной проекцией ориентировочных реакций. Этот интерес редко продолжается более полугода, если только речь не идет о крайних случаях ускоренного пубертатного развития. Лишним доказательством этого факта является готовность мальчиков открыто, и даже с видимым удовольствием, обсуждать эту тему с адекватными родителями.
Появление либидо не в гипотетически скрытом, а в совершенно явственном и недвусмысленном виде означает переход психосексуального подросткового развития на завершающий этап. В реальной жизни невозможно назвать дату и даже месяц этого события, но почти всегда даже спустя многие годы можно вспомнить возраст, а иногда и сезон, если удается реконструировать в памяти конкретные обстоятельства «материализации» этого явления. Обычная динамика этого процесса такова, что взрослеющие раньше девочки начинают посылать сигналы заинтересованности и одобрения неопределенному кругу мальчиков. Эти сигналы, в первую очередь могут быть приняты маскулинными мальчиками с энергичными темпами пубертатного развития. На первых этапах эти мальчики-подростки вводят в групповые игры новые правила, например, тайком проникнуть в дом, где живет повзрослевшая девочка, позвонить в квартиру и быстро сбежать с места преступления. Сексуальное содержание и намеки начинают выискиваться повсеместно, например, сцена свидания у дуба в «Дубровском» А. С. Пушкина из школьной программы читается с таким значением, словно это реальная «Кама-Сутра». Агрессивные и расторможенные лидеры могут инициировать практику группового сексуального приставания к пубертатным, но немного забитым и аконфликтным девочкам, хотя эта практика обычно эффективно пресекается педагогами. «Посвященные» подростки быстро формируют дружеские пары, а остальная масса с недоумением наблюдает, как вчерашние генералы гендерных «войн» коварно вступили в сговор и заключили мирный договор. На первых порах эти отношения публичны и престижны, так как в них втянуты лидеры с обеих сторон. Любые поползновения оппозиции дискредитировать подобные отношения, встречаются с чувством превосходства, приобщенности к Истине и безжалостно пресекаются публично: «Просто ты еще маленький и ничего не понимаешь». Такая атака на гендерные установки отрочества быстро подавляет инакомыслие и скоро весь класс или его активная, дееспособная часть разбивается на пары и начинает старательно «дружить». Тот, кто не успел обзавестись партнером вовремя, долгое время остается «белой вороной». Подбор пар представляет собой далеко не легкую задачу, так как все претендуют на престижных партнеров. Более того, партнер становится жизненно необходимым, если его уже выбрало большинство. Лидеры групп помогают в подборе пар и охотно занимаются сводничеством и инструктажем неофитов. Первые попытки такой дружбы могут еще не нести заметного либидонозного потенциала и принимаются основной массой как полезная и необременительная инновация. Пары легко создаются и легко, без обид и драм распадаются через пару месяцев. Но постепенно из глубин душ, точнее тел этих начинающих волокит поднимается смутное, еще неясное, но могучее Либидо. Возникает чувство непонятного притяжения к другому, зависимость, стремление быть постоянно рядом с ним, ревность и обиды на недостаточное внимание с его стороны.
